Владимир Познер: О событиях 26 марта

Владимир Познер: О  событиях 26 марта

Поскольку на мой сайт пришло большое количество вопросов по поводу протестов, имевших место 26 марта, я посчитал нужным высказать свое мнение по этому поводу.

Я буду говорить только о том, что происходило в Москве, во-первых, потому, что именно в Москве состоялся наиболее многочисленный митинг и, во-вторых, я по сути дела ничего не знаю о том, как все прошло в других городах. Сразу же хочу высказаться по поводу того, что я ничего не знаю. Федеральные каналы полностью проигнорировали эти протесты. Если не пользоваться интернетом, если ограничить свой источник информации федеральными телеканалами, то никаких протестов не было. Я забыл, кто это сказал (кажется, какой-то американский журналист): «Если этого не было на телевидении, значит, этого не было вовсе». И для очень многих россиян – если не для большинства – этого и не было.

Правда, есть другие источники информации, и их много, это не советское время, когда можно было совершенно скрыть от народа то или иное событие, например, расстрел рабочих в Новочеркасске. Но сам факт, что было запрещено говорить об этих протестах на федеральных телеканалах, очень плохой признак. Он плохой не только потому, что говорит о реальной цензуре, об ограничении свободы слова, свободы печати. Он плохой еще и потому, что свидетельствует о недальновидности власти. В советское время до 40 миллионов человек регулярно слушали разные «голоса» на русском языке, слушали, потому что так узнавали о том, что происходит в своей собственной стране. Эти 40 миллионов совершенно не доверяли своим СМИ. Все это резко изменилось с появлением Гласности. Как только собственные СМИ стали правдиво и полно информировать людей, они, люди, перестали слушать «голоса»: в них отпала надобность.

Ограничения свободы СМИ, свидетелями чего мы являемся последние лет 10–12 и примером чего является запрет на показ и обсуждение темы митингов 26 марта, приводят к тому, что все больше людей ищут другие источники информации, в частности, иностранные. Такой подход со стороны властей – это не только ошибка, это гораздо хуже, это глупость, это свидетельство непонимания ими того, что происходит в стране.

Теперь о самом митинге. Его организаторы своевременно обратились в правительство Москвы с просьбой провести митинг на Тверской улице. В просьбе им было отказано и не было предложено никакого другого места. Потом, спустя 2 или 3 дня, такое предложение последовало, однако организаторы отвергли его, сказав, что оно последовало слишком поздно, и они собираются воспользоваться своими конституционными правами и проведут митинг на Тверской. Другими словами, они решили пойти напролом. Инициатор этих протестов, господин Навальный, прекрасно понимал, что за этим последует; я уверен, что он не сомневался в том, что его арестуют и дадут срок. Более того, если бы его не арестовали, думаю, он был бы огорчен: арест и 15 суток тюрьмы придают ему в глазах многих людей определенные черты борца за права народа. Не будем забывать, что он собирается баллотироваться в президенты в 2018 году, в связи с чем ему необходимо зарабатывать политический капитал. Я – не поклонник господина Навального, я считаю, что он вполне сознательно пошел на провокацию, подставив многих людей, которые не имели представления о том, какими могут быть последствия их участия в несанкционированном митинге.

Тем не менее:

Я считаю, что надо было разрешить митинг, более того, надо было обеспечить его безопасность, выделив для этого необходимое число полицейских. Я считаю, что не надо было арестовывать Навального, тем более давать ему срок. И я считаю, что категорически нельзя было арестовывать сотни пришедших на митинг людей, тем более применять к ним силу, забрасывая их в автозаки.

Мне говорят: а вот в Голландии разогнали несанкционированный митинг с помощью водяных пушек, там не цацкались с участниками несанкционированного митинга. Почему никто не поносит голландские власти, а на нашу вешают всех собак. Я так отвечаю: мне совершенно безразлично, что и как делают в Голландии. Я не живу там. Я живу здесь, в России, и меня волнует то, что происходит у меня дома. И скажу совершенно определенно: мне не нравится то, что происходит.

Источник