Ольга Курносова: Когда Закс.ру с крупного митинга ставит одну новость, что не дали слово Резнику, это просто неприлично

Один из лидеров петербургской оппозиции Ольга Курносова считает, что в последнее время в ряде СМИ развязана в отношении нее травля. В частности, в традиционно поддерживающие протестное движение издания Закс.ру и «Новая газета в Петербурге», как утверждает Курносова, либо игнорируют события связанные с ней, либо, пытаются ее дискредитировать.

По ее словам, все дело в том, что она отказалась сотрудничать с известным петербургским пиарщиком Алексеем Разореновым. Другой же оппозиционер – экс-руководитель петербургского «Яблока», депутат петербургского парламента Максим Резник - согласился. Причем, как утверждает Курносова, уже давно и не без выгоды для себя.

О том, зачем Алексей Разоренов собирает под свое «крыло» оппозицию и в какой дом на Литейном проспекте Петербурга он ходит общаться, Курносова рассказала корреспонденту ЖурДома.

- В последнее время у меня складывается впечатление, что  в СМИ из тебя строят образ изгоя. Так ли это?

- Да, все верно.

- А кто и с какой целью это делает?

- У этой истории есть заказчик и есть исполнитель. Исполнитель – Макс Резник. Заказчик – Алексей  Разоренов.

Их связи давние и всем прекрасно известны. Это основной его игрок на питерском оппозиционном фланге, лет семь как минимум.

- Их союз образовался в момент антимонетизационных митингов?

- Они еще раньше общались

- А как строилось их взаимоотношение?

- Там было какое-то и финансирование. Были некоторые заказы, которые принимались.

- Почему ты вдруг стала неудобной для Разоренова?

- Потому что я игрок, которым нельзя манипулировать.

- А Резником разве можно?

Я лишь могу предполагать…

- Давай предположим

- Ну, основная договоренность – это помощь при прохождении в Законодательное собрание.

- Я сомневаюсь, что Разоренов может гарантировать прохождение «Яблока» в городской парламент.

- Например, через свои связи в старой команде Смольного…. Плюс у Резника были некоторые обязательства перед Разореновым.

«Единой России» были важны какие-то вещи. Ну, например, голосование по кандидатуре спикера ЗакСа.

Для власти очень важно, чтобы она понимала, через какие фигуры можно манипулировать оппозицией, тем, что происходит на улице. Разоренов выстраивал пиар вокруг Резника таким образом, чтобы он был основным лидером оппозиции. То, что получилось, например, в декабре и в феврале – это полное разрушение этого пиара. Резника продали Смольному, как основную фигуру уличного протеста. 10 декабря и 4 февраля оказалось, что не он – основная фигура уличного протеста.  Поэтому возникла задача дискредитировать меня, как человека, который играет серьезную роль в петербургской оппозиции, который разрушает основную концепцию власти – рассадить всех по своим политическим кухням: демократы – отдельно, националисты – отдельно, левые – отдельно.

- Расскажи, а как выстраивались твои отношения с Разореновым? Они же тоже достаточно давние.

- Последний раз мы с ним встречались 10 декабря 2011 года. 10 декабря у нас в городе прошел самый крупный согласованный оппозиционный митинг. Получилось так, что среди выступающих «яблочников» не было Резника.

- Почему?

- По одной простой причине, он на митинг зашел, но он элементарно не подошел и не попросил слово. Желание получить слово могу услышать только при вербальном озвучивании, т.к. не обладаю телепатическими способностями. Так как он слово не просил, ну извините.

Вечером встречи попросил Алексей Разоренов. Во время этой встречи он сказал, что нам пора бы вместе взаимодействовать, мы же против «Единой России». Я сказала – отлично, давай обсудим формат. У тебя есть информационный холдинг, давай обсудим, что мы будем делать для информирования людей.

Он сказал, что он об этом разговаривать не готов.

- Тогда с какими конкретными предложениями он к тебе пришел?

- Предложение простое, ребята, мы же все боремся с одним врагом, вот и давайте бороться. Когда твой ресурс Закс.ру с крупного десятитысячного митинга ставит одну новость, что не дали слово Резнику, это просто неприлично. Это можно расценить, как тенденциозное освещение. Пока я не понимаю, каков формат взаимодействия, мне не о чем разговаривать. На что мне было сказано: «Ты стала очень жесткой».

- Ты же не первый раз с ним встречаешься?

- Мы с ним встречались, когда он хотел получить информацию о ком-то.

- Как к этому тандему «Резник-Разоренов» относились в оппозиции?

- Я знаю, что некоторые «яблочники» относились к этому крайне критично. Можно спросить об этом Валерия Береснева, бывшего главного редактора «Новой газеты» в Петербурге, который пытался что-то делать

- Потом плюнул на все и ушел в «Единую Россию»

- Ну да…

- Как ты относишься к градозащитникам, работающим под «крышей» Разоренова?

- Ты помнишь, в 90-е существовали структуры, которые занимались крышеванием бизнеса. Сначала они создавали этому бизнесу проблемы, а потом приходили и говорили, что готовы их решить. Все это старо как мир. Это старые приемы. И у нас они активно применялись.

Больше всего строителям доставлял проблем «Живой город», «Яблоко» - в меньшей степени. Но если у этих структур общий куратор, то выстраивать позитивное взаимодействие между ними очень просто.

- Какова цель пиар-кампании против тебя?

- На мой взгляд, первая цель, сделать так, чтобы я осталась одна, второе, чтобы не объединились оппозиционные силы.

- А кто с твоей точки зрения входит в орбиту влияния Разоренова?

- Не все через Разоренова. Есть такой игрок, как Литейный 4, куда Алексей Юрьевич регулярно ходит общаться.

Я думаю, что это основной партнер Резника на «левом» фланге Евгений Козлов, из националистов, я думаю, Дмитрий Сухоруков. Ну, естественно, Дима Жвания, куда же без него. Я уже не говорю про Пивоварова и Андрея Дмитриева. Дальше пытаются создавать из этого различные конфигурации.

- Например, градозащитную коалицию.

- Градозащитная коалиция умерла с темой Газпрома. Как только перенесли башню с Охты в Лахту, так фактически градозащитная коалиция умерла. О чем это говорит? О том, что это был некий проект, который имел некий финансовый подсос. Проекты, живущие самостоятельной жизнью, имеющие самофинансирование, они продолжаются. Сейчас градозащитная коалиция полностью разрушилась.

- Может просто не за что критиковать? Ниеншанса нет, разве что какой-то редкий комарик, размножающийся только в районе Лахты.

- Да, согласна. Но есть куча объектов, за которые можно бороться. Именно защита архитектурного облика города занимает в социологических опросах первое место по тому, что волнует горожан.

 

Александр Плетнев