Статья в УК о клевете: Журналисты ждут первых процессов

Депутаты вернули в Уголовный кодекс статью «Клевета». За голосовало 238 депутатов (вся фракция "Единая Россия"), против — 91. «Справедливая Россия» голосование бойкотировала.

Олег Кашин, специальный корреспондент ИД «Коммерсантъ»:

«Принципиально ничего в моей деятельности не изменится. Я традиционно добавляю, что высказываю свое личное мнение,  если это действительно не факт, а точка зрения. Другое дело, что риск оказаться фигурантом уголовного дела становится достаточно большим. Я даже хотел бы стать фигурантом такого уголовного дела. Этот закон - настолько абсурдная история, что я думаю, первый процесс по этой статье будет всемирно резонансным. Такие процессы, очевидно, начнутся. Я очень хотел бы, чтобы первый удар приняла Москва, а не более беззащитные люди в регионах, где закон – тайга, а прокурор – медведь. Здесь и уровень журналистской солидарности повыше, и возможностей для установления правды больше»

Юрий Сапрыкин, шеф-редактор «Афиша-Рамблер»:

«Я буду вести себя точно так же, как и раньше, не буду более осторожен в высказываниях. И журналистам советую вести себя так, как велит совесть. Да, этот закон делает проще возможность прищучить журналиста или испортить ему жизнь, но либо ты соглашаешься играть в эту игру, либо меняй профессию.  Но вести себя с оглядкой на что-то – боже упаси».

Михаил Леонтьев, редактор журнала «Однако»:

«Любой профессиональный журналист способен написать текст, в том числе по сути клеветнический и оскорбительный,  таким образом, чтобы он был юридически корректен. Это элементарный вопрос профессии или эмоциональной уравновешенности. У меня по обвинению в клевете был суд на Украине. При всей моей «нежной любви» к Украине, в ее законодательстве есть вещи, которые очень неплохо сформулированы. По-моему, в рамках закона о печати говорится, что журналист имеет право на субъективные высказывания, и  они никаким образом не преследуются и не являются предметом рассмотрения в суде. Я считаю, что предметом этого российского закона является не то, что должно им быть. Письменные или устные оскорбления и выкрики не имеют существенного значения.  В первую очередь, общественную опасность имеют системные заказные кампании по дискредитации. Вот эта вещь, которую реально надо преследовать уголовно – с тюрягой для заказчика. Это очень сложно доказать. Но трудность доказательства преступления не является основанием это преступление не замечать. Это и есть предмет закона о клевете, а все остальное – ерунда. Наш парламент, как всегда, занимается ерундой, он практически ничем больше заниматься не может».

Сергей Пархоменко, журналист:

«Я не боюсь этого закона и продолжу заниматься своей профессией. Какие еще существуют варианты? Этот закон – моральное давление на журналистское сообщество. На это оно может ответить только солидарностью. Пока, к сожалению, российское журналистское сообщество очень разобщено»

В статье использованы материалы "Московских новостей"



(Следующая статья) →